перекрытый мост, и то, что случилось потом.

Утро, я еду на учебу. И замечаю, что автобус идет совсем не тем путем, каким должен, кругом незнакомые улицы. Потом автобус все же выезжает к мосту, пытается проехать по пешеходной дорожке и останавливается. Мост перекрыт.Я перехожу его пешком. Перейдя, обнаруживаю, что на том берегу все порушено, асфальт потрескался и вздыбился. Кто-то говорит: «Город поплыл», т.е. пласт земли, на котором стоит город, начал двигаться. Меня это пугает, ведь это значит, что наш район будет отрезан от центра.
На следующий день я собираюсь на учебу, но автобусы не ходят из-за перекрытого моста. Я вспоминаю, что очень давно через реку ходили «метеоры», и иду на пристань. Там стоит огромная очередь, в ней я замечаю своего одногруппника с длинным топором наперевес. Он говорит, что пришел сюда фотографироваться. Я и еще несколько человек огибаем очередь и идем искать начальника пристани, чтобы с ним поговорить. Мы идем по длинному коридору-лабиринту с низкими потолками и стенами из красного кирпича. Лабиринт заканчивается кабинетом, в нем мы обнаруживаем женщину- невысокую, светловолосую, с короткой стрижкой и в очках. Она спрашивает, что нам нужно, однако мои спутники начинают говорить какую-то чушь, не относящуюся к делу. Я беру инициативу в свои руки, объясняю ситуацию- что невозможно стало добираться до центра города, прошу запустить метеоры. Она отвечает: «выходите пораньше и ходите пешком. Ничего, привыкнете.» Мы говорим на повышенных тонах, ссоримся.
Мы со спутниками выходим из кабинета и оказываемся в продуктовом супермаркете, хозяйкой которого является начальница пристани. Одному из спутников (назову его H.) приходит в голову идея мести: он начинает путать продукты- засовывать яблоки в картофель и т.п. Мы присоединяемся, входим в азарт, смеемся, и вскоре устраиваем в магазине полный бардак. Но тут нас заметили, началась погоня. Я не видела того, кто гнался, только слышала шаги. Я очень быстро потерялась в лабиринте, но вскоре наткнулась на Н., и старалась не отставать от него, было очень страшно, что без него я останусь здесь совсем одна и заблужусь. Шаги совсем близко, мы прячемся за выступом, и тут видим, что кто-то поймал двоих наших друзей и бьет их. Я в растерянности: я понимаю, что не смогу их защитить, но ничего не делать мне стыдно. Тут Н. достает трубку и стреляет из нее отравленной стрелой в обидчика. Он умирает, но каким-то образом успевает приделать к Н. бомбу, как рюкзак. Мы падаем на пол, прикрывая голову руками, взрыв, все рушится. Очень страшно.
Я на обломках стены, обнаруживается, что Н. остался жив; но тут бомба начинает пикать, я снова ложусь на землю, земля подо мной дрожит, но взрыва не происходит. Постепенно подходят остальные, мы смеемся и плачем от счастья, что мы все остались живы. Чувствуется необыкновенная сплоченность и любовь друг к другу. Я сижу рядом с Н., и больше всего рада, что выжил он, понимаю, что я в него влюбилась.
А потом мы все идем пить глинтвейн, чтобы расслабиться после такого происшествия.


То, что сновидица стремится к центру города (в этом сновидении в отличие от предыдущего сновидения «Почти умерла» синонимом психической территории выступает не дом, а город) и испытывает страх перед потерей связи с ним, с психологической точки зрения означает, что в жизни сновидицы происходят события, которые активизируют и мобилизуют всю психическую энергию на решение этой актуальной трудности. Не вдаваясь в подробное исследования персонажей и событий сновидения, можно выделить существенное, на мой взгляд, – страх сновидицы перед освоением нового типа отношений, в частности любовных отношений (новая территория по ту сторону реки), при которых любовь это нечто, неведомое, и не поддающееся сознательному осмыслению, пугающее, демоническое, взрывоопасное…