Змея, вырастающая из моря
Вспомнился упомянутый как-то образ: змея поднимается из большой воды. Не без легкого волнения вспомнился. Включаю подходящую к образу мелодию, прикрываю глаза и внимание на внутренний экран.
Одновременно с морем появляется кобра. Она растёт из воды и гигантски увеличивается. Не только ввысь, но затем и вширь на своем верху. И я вижу знаменитый капюшон кобры. Он раздувается и через миг уже не капюшон, а крылья хищника, который летит на меня. Это кречет. Слова бессильны описать его вид и взгляд, нужна фотография.
Хищник приближается, а у меня нет страха, только завороженность. Как у зрителя в кино. Вовлечён, но на дистанции.
Сравнить это со сновидением — станет понятно, что сон не кино. Во сне включение тотально. Будь это сновиденный кречет, я бы ужаснулся его полету. А так — развлечение.
Впрочем, погружение мое не назову глубоким. Как чувствует себя Я в настоящих глубинах воображения — вопрос.
"Часто даже во сне я смотрю на все как на фильм, без переживаний"
Мне казалось, что снов без переживаний не бывает. Может, по пробуждении переживания не помнятся? Я во сне ведь реагирует на происходящее, что, мне кажется, непременно сопровождается эмоциями.
Или вы о таких снах, где нет сновидческого Я (того Я во сне, которое в сюжете действует и реагирует), а есть только наблюдающее Я, которое видит сновидения, не имеющие в качестве персонажа сновидческое Я/Я во сне?
Интересный вопрос. Есть настоящее, глубокое воображение, есть поверхностное.
Часто даже во сне я смотрю на все как на фильм, без переживаний