Алхимическая Афродита

«Диомед же Киприду преследовал медью жестокой,
Знав, что она не от мощных богинь, не от оных бессмертных,
Кои присутствуют в бранях и битвы мужей устрояют,
Так, как Афина или́ как громящая грады Энио
И едва лишь догнал, сквозь густые толпы пролетая,
>Прямо уставив копье, Диомед, воеватель бесстрашный,
Острую медь устремил и у кисти ранил ей руку
Нежную: быстро копье сквозь покров благовонный, богине
Тканный самими Харитами, кожу пронзило на длани
Возле перстов; заструилась бессмертная кровь Афродиты,
Влага, какая струится у жителей неба счастливых:
Ибо ни брашн не ядят, ни от гроздий вина не вкушают;
Тем и бескровны они, и бессмертными их нарицают.
Громко богиня вскричав, из объятий бросила сына;
На руки быстро его Аполлон и приял и избавил,
Облаком черным покрыв, да какой-либо конник ахейский
Медию персей ему не пронзит и души не исторгнет.
Грозно меж тем на богиню вскричал Диомед воеватель:
«Скройся, Зевесова дочь! удалися от брани и боя.
Или еще не довольно, что слабых ты жен обольщаешь?
Если же смеешь и в брань ты мешаться, вперед, я надеюсь,
Ты ужаснешься, когда и название брани услышишь!»

Афродита — хорошо известный в алхимии образ. В качестве блудницы (meretrix) она олицетворяет собой первоначальный хаос, великую massa confusa. В «Introitus apertus» проводится аналогия между хаосом и матерью металлов. «Tractatus aureus de lapide» называет ее арканной субстанцией: «Эта благородная блудница Венера, одетая и окутанная в яркий цвет».

Алхимическая Афродита имеет также и благородную, возвышенную сторону, поскольку она и царица, и «целомудренная царская невеста». Карл Густав Юнг отмечает в своих исследованиях, что противопоставление meretrix и sponsa в одном образе — очень древнего происхождения: с одной стороны Иштар это проститутка богов (Белти, Черная), с другой — мать, дева и царица. Василий Валентин в своем трактате «Practica de lapide» так описывает Алхимическую Афродиту в образе царицы: «Эта тинктура — роза наших мастеров, она тирского цвета, называемого также красной кровью дракона описанного многими как багряный плащ… одеяние царицы».

В поэме Валентина о первоматерии камня Венера отождествляется с источником, где тонет ее «связанный» отец, а также с матерью и невестой царя:

«То камень и не камень, (он Единою природой наделен),
Источник вод.
Объятый тем потоком,
Наш Господин в безмолвии глубоком,
Недвижный, неживой, на дне таится,
Пока душа его не возродится.»

Карл Густав Юнг считал, что Алхимическая Афродита является женским аспектом Царя (Rex), его анимой. Царь в бракосочетании с Венерой — это «мужчина, охваченный женщиной» и, в то же время, гермафродит, как говорит об этом Валентин:

«Мудрец сказал: им должно быть ничем иным,
А только лишь Меркурием Двойным.»

В этом бракосочетании (connubium) Венера по отношению к Царю выступает как Сера Солнца и доктор Юнг рассматривает Венеру как anima vegetativa серы. Сера, как известно, универсальный растворяющий агент и в арабской «Книге Кратиса» Венера показана такой растворяющей силой, что ее называют «переписчицей». Однако Алхимическая Афродита становится творческой силой, если растворенный ветхий Царь (Senex Rex) затем вновь возрождается в ней. Карл Густав Юнг отождествляет Солнце как символ Царя с сознанием. Сознание старится, т. е. Царь начинает испытывать нужду и недостаток в чем-либо. И не хватает ему именно темного, хтонического аспекта в его парадоксальности, в его одновременном величии и низменности. Говоря психологически языком, сознанию не хватает энергии аффективных влечений и тех парадоксальных смыслов, которые открываются после погружения в аффект и которые на языке ветхого Царя (патриархального Суперэго) пренебрежительно называются «женской логикой».

Погружение ветхого Царя в стихию Алхимической Афродиты приводит гистолизу (распаду тканей), так что остается гомогенный раствор и здесь Афродита уже переходит в роль матери. Она становится беременна Царем, она — «вода», в которой ветхий Царь разлагается на атомы. Это состояние тождественно смерти, утроба становится его могилой и ветхий Царь исчезает в тинктуре. С точки зрения психологии происходит слияние (конфлюэнция) Эго мужчины с анимой, в ходе которого размываются границы Я, оно теряет свою структурность и состояние Эго-идентичности переходит в состояние Мы-идентичности или даже Не-Я-идентичности. Затем происходит алхимическое превращение: вещественная тинктура теряет свою земную ограниченность и несвободу и растворитель — Сера, Алхимическая Афродита — вместе с растворенным ветхим Царем переходят в высшую стадию, стадию albedo, которая является первой фазой завершения великого делания. Необходимо отметить, что в условиях постмодернистской культуры с ее сексуализацией ощущений, коммуникативных и поведенческих моделей для представления Алхимической Афродиты значительно больше, чем в культуре модернистской (индустриальной). И на уровне массовой культуры и шоу-бизнеса этот образ представлен достаточно широко и ярко (например, хрестоматийный голливудский фильм «Красотка»). Однако на уровне внутриличностном и межличностном его представленность куда уже, а успехи (имеется ввиду великое делание — обновление ветхого Царя) и вовсе скромны.

Архетип Алхимической Афродиты может констеллироваться в психике любой женщины, однако наибольшие шансы его проявления у тех, чья анима по своему базовому архетипу является Гетерой (по классификации Тони Вульфа). Наблюдалась констелляцию Алхимической Афродиты и у женщин с анимой-Медиумом (Дочерью), но они быстро пугались подъема в своей душе такого мощного и специфического либидо, и процесс сворачивался. Характерно, что еще в начале процесса констелляции Алхимической Афродиты у анализандок начинал проявляться интерес к оккультизму — даже у тех, чье мировоззрение раннее было вполне позитивистским. Чаще всего это не выходило за пределы традиционной аграрно-анимистической магии, и полноценного контакта с Эго-сознанием, а, следовательно, «встраивания» в мировоззрение не происходило.

Но в одном случае аналитик взял на себя ответственность целенаправленного воздействия на этот процесс, которое было осуществлено в форме мифодрамы. Учитывая, что образ ведьмы и инквизитора уже достаточно мифологизирован в европейской культуре, аналитик создал сюжет, действие которого разворачивается в средневековой монастырской школе для девушек благородного сословия. Одна из воспитанниц оказывается уличенной в колдовстве и в школу прибывает выездная сессия трибунала Святого Оффициума во главе с инквизитором, цель которого — разоблачить колдовство и покарать его. Спонтанность мифодрамы, как это часто бывает, изменила первоначальный замысел, согласно которому разоблаченной воспитаннице предстояло быть обвиненной и подвергнутой большому аутодафе (таким образом в мифодраму вводился элемент жертвенности, что имело терапевтическое значение для анализандки).

Воспитанница, хоть и была уличена в колдовстве, коллективными усилиями остальных воспитанниц и аббатисы, а также благодаря своему яркому и глубоко аутентичному поведению (проявление анимы-Гетеры на ее светлом полюсе), была оправдана. Характерно, что вскоре после этого отношения анализандки с ее молодым человеком (до тех пор весьма неопределенные) стали глубже и серьезнее и перешли в официальное замужество, что для женщин-Гетер не свойственно. Ее влияние на мужа оказалось столь плодотворным, что молодой человек вышел из состояния ложной компенсации комплекса неполноценности и начал работать над собой, формируя аутентичную маскулинную идентичность.http://cadavercyan.com/post/75469192271


По описанию алхимическая Афродита здесь схожа с Меркурием (женский аналог), её роль-трансформация, путь-поглощение, растворение и рождение.


Для превращения мечты в реальность человек должен не только иметь мечту, но и верить в нее, и работать над ее осуществлением. Существенным моментом нередко становится вера другого значимого человека в возможность осуществления мечты: этот человек поддерживает мечту, и его вера может оказаться решающим фактором. Даниэль Левинсон в книге "Сезоны жизни мужчины" описывает функцию "особой женщины" в период вступления молодого мужчины во взрослую жизнь. Левинсон утверждает, что такая женщина играет особую роль в осуществлении его Мечты. Она дает возможность придать Мечте форму и помогает жить ради нее. Она разделяет ее, верит в него как в героя Мечты, дает свое благословение и обеспечивает убежище, помогая выразить его честолюбивые желания и взлелеять надежды.

Эта особая женщина подобна описанной Тони Вулф "женщине-гетере" (древнегреческий аналог куртизанки, которая была образованна, культурна и необычайно свободна для тех дней; в некоторых отношениях она была похожа на японскую гейшу), чьи близкие отношения с мужчинами имеют как эротический, так и дружеский оттенок. Она может быть его lafemme inspiratrice, или музой. Согласно Вулф, гетера оплодотворяет творческую сторону мужчины и помогает ему в творчестве. Тони Вулф, юнгианский аналитик и бывшая пациентка Юнга, была его коллегой и, согласно мнению некоторых людей, его любовницей. Она сама могла быть "особой женщиной" Юнга, женщиной-гетерой, вдохновлявшей его.----------------------

Эффект Пигмалиона

Я думаю, что тот, кто поддерживает мечту, помогая человеку расцветать и развивать свои таланты, – психотерапевт, наставник, учитель или один из родителей, – вызывает "эффект Пигмалиона", названный так ученым-психологом Робертом Розенталем в честь Пигмалиона, влюбившегося в созданную им скульптуру совершенной женщины, в которую Афродита вдохнула жизнь, превратив ее в Галатею. (Подобным образом в пьесе Бернарда Шоу "Пигмалион" Генри Хиггинс превратил уличную продавщицу цветов в элегантную леди, после чего они влюбились друг в друга.------Эффект Пигмалиона – следствие действия того, что я определяю как алхимический аспект Афродиты. В средневековой Европе алхимия, с одной стороны, была физическим процессом смешения веществ в попытках превратить неблагородные металлы в золото, а с другой – представляла эзотерическую попытку преобразовать личность алхимика. Мы сталкиваемся с алхимическим аспектом Афродиты, обнаружив, что нас влечет к другому человеку и мы влюблены в него; мы ощущаем это как соприкосновение с энергией трансформации и творчества; мы узнаем его, оценивая свою способность сделать предмет нашего сосредоточения прекрасным и драгоценным, окрашивая его нашей любовью. Все, что в повседневной жизни является обычным и представляет собой "неблагородный" материал, может быть превращено в "золото" благодаря творческому алхимическому влиянию Афродиты – так же как статуя Пигмалиона была превращена в реальную живую женщину Галатею в ответ на его любовь. http://psylib.ukrweb.net/books/bolen01/txt11.htm


Марфа, кто автор опусов этих?? 

Прежде всего, необходимо, чтобы на человеческую композицию постоянно влиял «магнит» не от мира сего, иначе говоря, квинтэссенция. Термины: «наша Диана», «субтильное тело души», «белая магнезия», «радикальная влага» означают те или иные качества в женском начале мужчины. Но «прекрасная дама» рыцаря и есть это самое начало, побудительница его инициации и цель поиска, главное, чем отличается рыцарь от других представителей марсиального искусства – воинов, дворян, кондотьеров, самураев. Первичная двойственность Афродита-Эрос акцентирована Эросом для женщин и Афродитой для мужчин. Тайная женщина или прекрасная дама сдерживает и напаравляет стихийную мужскую экспансию.http://golovinfond.ru/content/alhimiya-i-ee-emanacii


Первого-неизвестно, сама бы хотела найти автора, второго-Болен, третьего-Головин.


НАУ — Я хочу быть с тобой


Под колёсами любви

Под колёсами любви.
Это знала Ева, это знал Адам.
Колёса любви едут прямо по нам.
И на каждой спине виден след колеи,
Мы ложимся, как хворост,
Под колёса любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами.
Утром и вечером, ночью и днём,
По дороге с работы, по пути в гастроном.
Если ты не тормоз, если ты не облом -
Держи хвост пистолетом,
А грудь держи колесом.
Под колёсами любви.
Это знали Христос,
Ленин и Магомед.
Колёса любви едут прямо на свет.
Чингисхан и Гитлер купались в крови,
Но их тоже намотало на колёса любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами любви.
Под колёсами.
Утром и вечером, ночью и днём,
По дороге с работы, по пути в гастроном.
Если ты не кондуктор,
Если ты не рулевой,
Тебя догонят колёса
И ты уже никакой. Наутилиус.